Сайт Клетского района

Писатель Юрий Скоп озаглавил свои воспоминания - "Совсем немного о друге". В них есть зерна живые, а придуманностей больше. Быть может, я придирчив, но вычитывается мне в этих его воспоминаниях желание поднять свою значимость за счет имени ушедшего. Юра, ведь ты еще здоровый, крепкий, так, вспоминая глаза Макарыча, напиши, как после "Печек-лавочек" попросил ты денег у него для взноса за кооператив, и не однокомнатный. Макарыч не дал - не было. Ты обиделся. Не здоровались. Видя тебя в ЦДЛ, Макарыч сокрушался: "Ведь ничем ему не обязан, а мне неловко. Ну нет у меня денег. Почему думают, что у меня их мешки? Когда в Сростках так думают - понимаю. Но этот же должен сообразить - три тощие книжки вышло, журнальные публикации - мелочь. От фильмов одни убытки, а меня за богача держат". Фильм "Печки-лавочки" получил 3-ю категорию, после смерти Шукшина категорию подняли и фильм выпустили на экран. Макарыч не успел материально помочь своим близким. Он и умер небогатым. Даже за "Калину красную" платили уже после его смерти. Хотел помочь и тебе, Юра Скоп, да не смог. Может, тогда и записал в дневнике: "Те, кому я так или иначе помогаю, даже не подозревают, как они-то мне помогают". Не один раз ты обиженно проходил мимо, а потом вот вспомнил слова Шукшина: "Ни ты, ни я Львами Толстыми не будем... мы с тобой уйдем в навоз". Это соображение часто звучало в разговорах Шукшина, как и другие его слова: "Чтобы появился Достоевский, тысячи должны писать". У Макарыча была деревенская совестливость. Отказывать он не умел. Многие у него просили денег, часто и при мне, и он мучился, потому что не всегда мог дать. Сомнения житейские стоили ему немало нервных клеток. А жадным он не был. При расчетах его умудрялись обманывать даже администраторы: он никогда не пересчитывал - совал полученное в задний карман и молча уходил.

Прочитав воспоминания Буркова о Шукшине и книгу Коробова, решил я записать то, что знаю о фактах, в них затронутых, о взаимоотношениях Буркова и Шукшина, о коих слышал от самого Макарыча и в первый год после его смерти - из уст Буркова.

Для начала процитирую Коробова: "Можно указать на духовную близость, определенную родственность творческих интересов Шукшина и Буркова, и все это будет верно, но... высокая человеческая дружба - как настоящая любовь, как дар таланта. Она редка, как счастье, и столь же трудно объяснима обычными понятиями и словами. Люди тянутся друг к другу, им хорошо вместе, вот и все. В подлинной человеческой дружбе и любви присутствует что-то необъяснимое и неуловимое, которое чувствуется и бережется обоими: если все сохранится, а неуловимое исчезнет, исчезнет и дружба, а останутся только отношения... Буркову посчастливилось вдвойне: он стал другом Шукшина в самый исповедальный, самый "выверительный" период жизни Василия Макаровича". Такая оценка взаимоотношений, согласен, выверительного периода, как назвал его Коробов, явно завышена: для Шукшина понятие "дружба" было преувеличением даже для его отношений с Василием Ивановичем Беловым, а уж тем более с Бурковым.

По бескрайней донской степи ветер гонит мелкий песок. Над хутором Мелологовским, сбрасывая бомбы, пикирует самолет. От взрывов содрогается земля и в воздух взлетают горящие обломки домов.

Я смотрю на это, и сознание мое отмечает, что подобное уже было. Было в 1942 году. Тогда я мог погибнуть. А сейчас смотрю на взрывы спокойно. Идут съемки картины «Они сражались за Родину».

Когда Бондарчук предложил мне роль солдата Некрасова, я внимательно перечитал роман Михаила Шолохова. Потом долго думал: соглашаться или нет?

– И вы и я воевали, – сказал мне Сергей Федорович. – Скоро тридцать лет со дня нашей победы. Фильм мы собираемся выпустить к этой дате. Неужели вы еще сомневаетесь? Принять участие в этой картине – наш солдатский долг.

Через два дня я уже подбирал на «Мосфильме» солдатское обмундирование для моего Некрасова. Надел грубое белье, гимнастерку, брюки, сапоги, затянул себя ремнем, примерил пилотку и в таком виде подошел к зеркалу. На секунду мне стало жутко – из зеркала смотрел пожилой солдат. Выгоревшая гимнастерка, стоптанные сапоги заставили вспомнить забытые годы фронтовой жизни, зем лянки, окопы, бомбежки, голод и тоску тех тяжелых лет.

Съемки проходили недалеко от рабочего поселка Клетская на берегу Дона. Места эти указал сам Михаил Александрович Шолохов. Именно здесь, по словам писателя, воевали герои его романа.

Мероприятию «Дни памяти В. М. Шукшина» в Волгоградской области исполнилось 20 лет

Сразу за околицей станицы Клетской начинаются меловые горы. Стометровыми кручами тянутся они вниз по Дону на восемнадцать километров до хутора Мелологовского. На хутор ведет старая грунтовая дорога, белая от мела.

Если взглянуть на этот уединенный край с высоты птичьего полета, откроется малая излучина Дона, синеющая даль пойменных лесов и песчаная ложбина, выходящая к реке. По одну ее сторону виден пологий косогор с проплешинами мела, с домиками турбазы внизу, по другую — могучая меловая гора, круто обрывающаяся в реку. На вершине горы свечой белеет часовня с золотым пламенем луковичного купола. Это Шукшинский утес.

Народная тропа

Летом 1974 года на склоне утеса окапывались бойцы, готовясь к атаке немецких танков, над косогором ревели немецкие бомбардировщики. Внизу, в ложбине, горели казачьи хаты Мелологовского, шли толпы беженцев. Снимался бой за переправу через Дон — в том самом месте, которое описано у Шолохова в романе «Они сражались за Родину».

25 июля - особый день для России. 25.07.1929 родился Василий Шукшин. 25.07.1980 умер Владимир Высоцкий. Василия Макаровича к тому времени уже без малого шесть лет не было на земле. Век обоим выпал короткий, считай - полвека от нормы: Высоцкому - 42 года, Шукшину - 45. Как в рассказе "Верую!": "Ровно с песню. Будь она, эта песня, длинней, она не была бы такой щемящей..."

Больше профессии

Эти имена не зря до сих пор поминаются через запятую. Высоцкого и Шукшина роднило многое - от глобального до частностей. Скажем, оба были крайне неинтересными - с точки зрения мужской харизмы - в свои молодые годы. Резец времени прорисовывал, выделял, обтачивал грубые черты, превращая изначально примитивную работу в шедевр. У обоих - когда созрела, проступила изнутри душа, тогда и лицо преобразилось. Прибавилось не то чтобы красоты (из письма Шукшина двоюродному брату художнику Ивану Попову: "Это несколько субъективно, но я не выношу красивых мужчин"), но того, что ценнее - значительности. С каким горящим взором слушает герой Шукшина блоковских "Скифов" в фильме Сергея Герасимова "У озера": "Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы. Попробуйте, сразитесь с нами!.." Камера не уходит, держит - именно что раскосые жадные очи при высоких монгольских скулах...

Однако главное, что объединяет Шукшина и Высоцкого: оба они - "непрофессионалы", чуждые миру узкой специализации. Высоцкий - поэт, актер, музыкант. Шукшин - писатель, актер, режиссер. Попробуй разъять Владимира Семеновича на составные элементы - ерунда получится: три аккорда, скромные, почти дилетантские стихи да Гамлет, тем и ценный, что по-актерски вовсе не сыгранный... С Шукшиным похожая петрушка. Есть прозаики мощнее, режиссеры талантливее, актеры по диапазону богаче. Но везде человек отдельно, профессия отдельно. А Шукшин, как и Высоцкий, в каждой строчке, в каждом кадре собственным криком кричит. О чем бы ни были книги и фильмы Шукшина, в итоге они всегда - о нем самом. И удавалось ему, уже сидя в зале, над своим плакать, будто над чужим - если пробирало...

Волгоградец Борис Цветков вспоминает, как в 1974 году принимал экзамен по Правилам дорожного движения у знаменитого актера Юрия Никулина.

Звездный дождь
Летом 1974 года в Клетском районе шли съемки фильма "Они сражались за родину".   На волгоградскую глубинку обрушился актерский звездопад: главные роли в фильме играли Вячеслав Тихонов, Василий Шукшин, Георгий Бурков, Сергей Бондарчук, Юрий Никулин. Незадолго до этого я был назначен заместителем начальника областной ГАИ. Распоряжением милицейского руководства меня вместе с взводом автоинспекторов тоже направили в командировку в Клетский район. У селян началась уборка урожая. По заведенным в те годы правилам работников ГАИ направляли в сельские районы, чтобы обеспечить безопасность движения машин, вывозивших грузы с зерном.
О съемках фильма мы узнали сразу же. Возможность увидеть кинозвезд живьем представилась нам впервые. И едва у наших инспекторов заканчивалось дежурство, они устремлялись на съемочную площадку, на поля киношных сражений.

 

Хотя и прошло много времени с той роковой ночи 2 октября 1974 года, когда на съемках фильма «Они сражались за Родину» в каюте теплохода «Дунай» обнаружили мертвого Василия Шукшина, но до сих пор не до конца выяснено, что же на самом деле произошло в ту страшную ночь.

Об этом я говорил с вдовой писателя, кинорежиссера и актера Лидией Николаевной Федосеевой-Шукшиной спустя десять лет (во время моей работы в Москве). Эту же информацию подтвердила Лидия Николаевна и в недавнем телефонном разговоре.

Так вот, по словам вдовы Василия Макаровича, в ту роковую ночь на теплоходе «Дунай» произошло убийство. Официальную версию, что у Шукшина отказало сердце, отвергает. Потому что Василий Макарович никогда не жаловался на сердце. К тому же, как раз перед съемками фильма «Они сражались за Родину» режиссер Сергей Бондарчук устроил Шукшина на обследование в самую лучшую «кремлевскую» больницу. Врачи не нашли никаких проблем с сердцем. Лечащий врач, по словам очевидцев, просматривая кардиограмму Шукшина, заявил: «Сердце у тебя крепкое, пока кофе пей, а курить лучше бросай!». И поныне у Лидии Николаевны хранятся эти кардиограммы.

В станице Клетская Волгоградской области прошли мероприятия, посвященные печальной дате: 36-летию со дня смерти писателя, режиссера и актера Василия Шукшина. Почтить его память прибыли известные актеры: Наталья Крачковская, Наталья Гвоздикова, Наталья Бондарчук, Александр Ермаков и Евгений Жариков.

 

Встречали актеров при въезде в станицу Клетская